Архитектурное бюро Глушкова

Где жить?

С 1962 года на улицах Лондона начали появляться необычные демонстрации. Матери везут в колясках детей, молодые поддерживают под руки стариков. «У меня нет крова» - гласят плакаты на груди мужчин, женщин, подростков. Бездомные посылают депутации в Министерство жилищного строительства, проводят митинги, чтобы привлечь внимание к своему бедственному положению. Они требуют предоставить муниципальным советам право реквизировать пустующие частные дома.

Приют тысячам бездомных людей в Лондоне дают старые, мрачные строения времен королевы Виктории, непригодные даже для товарных складов. По свидетельству газеты «Ивнинг стандарт», в лондонских трущобах, которые являются позором для цивилизованной страны, ютятся 300 тысяч человек. В одном из крупнейших районов столицы большинство домов и квартир относится к разряду трущобных. Подавляющее большинство из 100 тысяч «цветных» Лондона живет в гетто для негров, в грязных комнатах перенаселенных домов, плата за которые отнимает более трети заработков. Многочисленные объявления о сдаче внаем хороших квартир сопровождаются примечанием: «Только для белых».

В то же время только в восьми районах Лондона пустует более девяти тысяч домов, так как их владельцы требуют непомерно высокую арендную плату.

Морщины трущоб избороздили чело не только Лондона. По данным еженедельника «Трибюн», в Пембруке насчитывается 32 процента непригодных для жилья домов. За последние десять лет здесь снесено только 17 старых домов. При таких темпах расчистки трущоб Пембруку, чтобы окончательно избавиться от них, потребуется 480 лет, Ливерпулю, где 43 процента непригодных домов, на эти цели понадобится 94 года, Манчестеру (32 процента) - 46 лет, Олдхему (25 процентов) - 40 лет.

По признанию Министерства жилищного строительства, в Англии около половины всего жилищного фонда составляют дома, давно отслужившие свой век, а более 600 тысяч квартир - трущобы.

Большинство трудящихся Англии не могут приобрести собственные дома. Их единственная надежда - получить квартиру в муниципальном доме. По данным еженедельника «Уорлдньюс», почти одна восьмая часть всего населения страны состоит в списках лиц, ожидающих очереди на получение квартир от местных органов. Однако за последние десять лет число домов, строящихся муниципальными советами, сократилось вдвое, а в Лондонском графстве - втрое.

Английское правительство, бросая миллиарды фунтов стерлингов на гонку вооружений, становится чрезвычайно скупым, когда заходит речь о строительстве домов для трудящихся. Капиталовложения на эти цели из года в год сокращаются. Министерство финансов предупредило муниципалитеты, что правительственная политика «экономии» за счет сокращения строительства муниципальных домов и школ будет продолжаться в течение длительного периода времени. А Министерство обороны прямо заявило, что «из-за нужд обороны» в 404 городах страны жилищное строительство прекращается, а в 805 городах и поселках отсрочивается.

Здесь есть, правда, одно исключение. По сведениям английской печати, за послевоенный период в стране построено около тысячи церквей, на что затрачено 17 миллионов фунтов стерлингов. Телеграфное агентство «Рейтер» сообщило, что в ближайшие десять лет намечается построить еще тысячу церковных зданий.

Трудности, с которыми сталкиваются муниципальные советы, не исчерпываются нехваткой средств на само жилищное строительство. До возведения жилого квартала и даже отдельного дома нужно заплатить большие деньги за земельный участок - собственность частных лиц. И чем больше потребность в земле под застройку, тем больше взвинчиваются на нее цены. В 1959 году были уничтожены последние остатки контроля со стороны государства над ценами на земельные участки. Результат этого - безудержная спекуляция землей, которая является сейчас самым ходким и выгодным товаром в Англии. Каждый день сделки на сотни тысяч фунтов стерлингов совершаются в Сити на лондонскую землю - этот современный Клондайк, золотоносность которого со временем не истощается. Участок площадью 50-60 акров, купленный в 1958 году за 20-25 тысяч фунтов, продается теперь за 250-300 тысяч.

Те, кто ценой больших лишений сохраняет за собой дорогооплачиваемые квартиры, живут с тревогой за свой завтрашний день. Они объединяются в местные союзы квартиронанимателей, чтобы оказать сопротивление произволу домовладельцев. Но ничто не помогает. Правительство отменило контроль над квартирной платой, отдав судьбы миллионов людей во власть хозяев. Многие тысячи семей выброшены на улицу даже из трущобных домов: они оказались не в состоянии вносить слишком высокую плату за жилье. Новый закон о квартплате англичане называют «ползучей отменой контроля». В случае смены жильцов домовладелец имеет право повысить плату по своему усмотрению в два, три и даже четыре раза. С этого момента и перестает действовать контроль. А поскольку жильцы квартир постепенно меняются, то по всей стране происходит неуклонный («ползучий») процесс отмены контроля и воцарения полного произвола частных домовладельцев. Закон позволяет им не только драть с квартиросъемщиков три шкуры, но и в любой момент выбрасывать их на улицу за невзнос квартплаты.Так живут миллионы англичан.

В то же время в Англии около 10 тысяч семей имеют роскошные особняки, в которых на каждого человека приходится в среднем по пять комнат. Члену одной из таких семей - мисс Дрюзри, дочери одного из тех, кого в Англии называют строительными магнатами, в феврале 1965 года исполнился 21 год. По английским традициям молодым людям, достигшим 21 года, родители преподносят необычный подарок - ключ от двери, символизирующий право приходить домой в любое время. Папаша Дрюзри вручил дочке ключи от... 21 двери в отдельные квартиры. По его мнению, у девицы наступило время «приучаться к делу». Можно быть уверенным, что квартиры мисс Дрюзри не помогут ни одному из тысяч бездомных лондонцев.

Среди тех, в чьих руках находятся судьбы простых англичан, можно назвать имена Коттона и Клора - собственников самой большой на Британских островах компании недвижимой собственности. Главное поле их деятельности - Лондон. Новенькие высотные дома и закопченные сажей трущобы, рестораны и дома свиданий, импозантные отели и прокуренные пивные, узенькие переулки и тенистые парки - все это их владения. Оцениваются они в 250 миллионов фунтов стерлингов.

«Торговцы сном» - так называют домовладельцев французы.

Последний правительственный закон позволяет повышать квартирную плату через каждые шесть месяцев на одну пятую и выселять - жильцов в любое время года. С 1958 года квартирная плата во Франции повышена в среднем на 80 процентов. Тот, кому удается снять квартиру в Париже, только за въезд в нее должен уплатить сумму, равную среднему трехгодичному заработку рабочего. В стране насчитывается полмиллиона пустующих квартир: среднему французу они недоступны.

Две трети населения Франции живет в переуплотненных жилищах, не отвечающих минимальным санитарным требованиям, в том числе 1460 тысяч семей - в «критически перенаселенных» квартирах и 1290 тысяч семей - в квартирах «временно допустимой перенаселенности». В целом в стране 30 процентов квартир совершенно непригодны для жилья. «Критически перенаселенной» считается такая квартира, где в комнате площадью 10-12 квадратных метров живет 7-8 человек. По подсчетам Национального института статистики, среди населения подобных квартир 24,3 процента разнорабочих, 22,8 процента рабочих, имеющих специальности, и 20,5 процента высококвалифицированных рабочих.

В одном только Париже имеется приблизительно 200 тысяч трущобных домов, подлежащих немедленному сносу, и 400 тысяч неблагоустроенных жилищ. По сведениям газеты «Монд», трущобы в столице, раскинувшиеся на огромном пространстве, дают пристанище почти миллиону парижан. В каждой пятой трущобной квартире нет водопровода и кухни, а центральное отопление имеется только й трех квартирах из двадцати; в 87 тысячах квартир нет электричества.

Эти данные еще не полностью характеризуют жилищные условия сотен тысяч парижан. Десятая часть населения города живет в гостиницах, 200 тысяч семей вообще не имеют постоянной жилой площади и ютятся в подвалах, на чердаках, в домовых прачечных, гаражах. Неудивительно, что при таких бытовых условиях каждый восьмой житель Парижа страдает легочными заболеваниями, а детская смертность в рабочих кварталах в пять раз выше, чем в кварталах богачей.

Париж в этом смысле - не исключение. Подсчитано, что в 20 крупных промышленных городах Франции число ветхих домов, подлежащих немедленному сносу, по переписи 1950 года составляло 307 тысяч, а сейчас уже превышает 500 тысяч. В Сент-Этьене, прозванном столицей трущоб, количество непригодных домов составляет 34 процента, в Нанте - 27, Гавре - 21, Лилле - 20, Лионе и Нанси - 19, Руане - 18 процентов. По данным французского Института общественного мнения, в городах Франции с числом жителей свыше 100 тысяч человек насчитывается 25 процентов бездомных семей, а в других городах страны- 16 процентов. В сельскохозяйственных районах более 200 тысяч семей живут в сараях и конюшнях.

В Париже за двадцать последних лет построено всего 100 тысяч квартир, из них 79 тысяч - частными компаниями для богатых людей. А в 1964 и 1965 годах муниципалитеты не возвели ни одного дома с умеренной квартирной платой. По заключению парижского Статистического института, при теперешних темпах жилищного строительства для ликвидации жилищного кризиса во Франции потребуется не менее 100 лет.

В пригороде Штутгарта Штамгейме (ФРГ) сооружено импозантное девятиэтажное здание, по внешнему виду напоминающее жилой дом или отель. Но это не дом и не отель, а тюрьма предварительного заключения. Здесь помещается восемьсот человек, находящихся под следствием, и преступники, осужденные на непродолжительные сроки заключения.

Старые тюрьмы не в моде. Кроме того, они переполнены: в среднем каждая тюрьма ФРГ перенаселена на 25 процентов. Нередко в трехместной камере томится до двенадцати заключенных.

Новая тюрьма в Штамгейме - шедевр тюремной архитектуры, плод изощренной фантазии западногерманской полицейщины. Ее планировка и инженерное оборудование полностью исключают возможность побега заключенных и связи их между собой. Внутренние стены камер облицованы звуконепроницаемыми кокосовыми матами. На допросы арестантов возят в специальных лифтах, кабины которых разгорожены на шесть изолированных отсеков. Открытые галереи позволяют охране просматривать все здание. Надсмотрщики находятся в специальных кабинах, из которых видны все камеры участка. Кроме того, надсмотрщиков связывает с камерами радио: покидать кабину, чтобы крикнуть на заключенного, не нужно. Если преступнику удастся вырваться из камеры, то он не сможет проникнуть за пределы тюремной секции, двери в которую открываются только с внешней стороны. Но если он все-таки окажется на тюремном дворе, автоматически включается сиг-пал тревоги и система телевизионного наблюдения.

Такие же современные дорогостоящие тюрьмы построены в Ганновере, Висбадене, Кельне, Мюнхене и в других городах Западной Германии.

Новые военные заводы, тюрьмы, церкви - только не жилые дома!

Согласно данным, опубликованным боннским статистическим ведомством, в ФРГ более 400 тысяч человек, в том числе 100 тысяч детей, продолжают жить в бывших лагерях для военнопленных, свыше 320 тысяч перемещенных лиц и переселенцев живут в бараках, бомбоубежищах, землянках, старых железнодорожных вагонах. Министерство жилищного строительства вынуждено признать, что «более 40 процентов квартир в стране не соответствует элементарным требованиям цивилизации».

Осенью 1964 года в местечке Ортсхаузен покончил жизнь самоубийством 82-летний пенсионер, бывший рабочий-металлист Эрнст Блок. Причиной самоубийства явилась нависшая над ним угроза выселения из квартиры, в которой он прожил 46 лет.

Боннская газета «Генеральанцейгер» писала, что «во многих городах Федеративной республики от этих несчастных стараются лишь побыстрее отделаться». Газета явно намекала на 400-тысячную армию бездомных, которых власти считают «балластом человеческого общества».

Пенсионер Эрнст Блок стал жертвой «плана Люкке», названного так по имени боннского министра жилищного строительства. Новый жилищный закон, вступивший в силу в преддверии 1964 года, повлек за собой катастрофический рост квартирной платы в большинстве районов ФРГ. Он по существу отдал массы трудового населения на съедение акулам-домовладельцам. С этого времени съемщики квартир лишены даже той незначительной поддержки со стороны государства, которой они пользовались до сих пор. Теперь достаточно местным властям признать, что население данного города или поселка не испытывает острой нужды в жилье, чтобы домовладельцы получили право расторгнуть существующие арендные соглашения и взвинтить квартирную плату. Если жилец не согласен с новыми условиями, он может убираться на все четыре стороны.

Прогрессивная печать назвала этот закон «неожиданной государственной премией домовладельцам». Боннская правящая верхушка объясняет этот шаг стремлением якобы сделать частное строительство еще более выгодным и одновременно побудить владельцев старых домов расщедриться на новые капитальные вложения за счет повышенной доходности жилищ. В действительности же закон, как и следовало ожидать, лишь подстегнул аппетиты домовладельцев. Они стали аннулировать контракты со всеми жильцами с тем, чтобы заставить их не только вносить повышенную квартирную плату, но и взять на себя расходы по капитальному ремонту жилья, что раньше входило в обязанности домовладельцев.

В результате всего этого плата за аренду жилых помещений повысилась в два-три раза. Над тысячами семей нависла угроза оказаться без крова...

Миллионы бездомных людей в странах, где свирепствует власть капитала, отчаялись в ожидании ответа на этот жгучий вопрос.

В итальянском городе Мессина три семьи в течение двадцати лет жили... в морге. В 1943 году их дома были разрушены бомбардировкой, и они временно поселились в морге одной из городских больниц. Пять лет они прожили рядом с покойниками в сыром полуразрушенном подвале, пока для мертвецов не было построено новое помещение.

В Неаполе 30 тысяч человек живут в пещерах и лачугах, сколоченных из старых досок и ржавых листов железа, а четвертая часть населення столицы Сицилии Палермо - в трущобах, получивших название «проклятых районов», «колодцев смерти».

За последние десять лет каждый четвертый житель Венеции покинул свое жилище из-за опасности его разрушения; пятая часть всех домов города признана непригодной для жилья.

Поверхностному наблюдателю, попавшему в какой-либо из городов Италии, может показаться, что «строительный кризис», о котором так много говорят в этой стране, - это перепроизводство новой жилой площади. И в самом деле, на многих домах можно увидеть таблички: «Сдается» или «Продается». Только в одном Риме пустуют десятки тысяч квартир. Пустуют потому, что плата за них недоступна рабочему или мелкому служащему.

Десятки тысяч итальянских сельскохозяйственных рабочих ютятся в пещерах и норах, выдолбленных в горах.

Для более или менее полного обеспечения Людей удовлетворительным жильем в стране недостает, по официальным подсчетам, 21 миллиона комнат. По данным, опубликованным в газете «Унита», 193 тысячи домов настолько ветхи, что подлежат немедленному сносу.

Тем же, чем для Ныо-Иорка Бродвей или для Парижа Елисейские поля, для Токио является Гинза - самая большая улица японской столицы, сердце города. Но за "сверкающим фасадом Гинзы спрятались узкие переулки, вонючие дворы, грязные канавы. Здесь царствуют крысы Гинзы, которых насчитывается не менее двух миллионов - в два раза больше, чем человеческого населения этого знаменитого района.

В Токио 380 тысяч семей, или около полутора миллиона человек, живут в тесных и темных помещениях либо прямо под открытым небом. Многие спят под мостами, на скамейках парков, в трубопроводах.

При обследовании, проведенном Министерством строительства Японии в 1959 году, было установлено, что в стране в это время не хватало 2 миллионов 160 тысяч квартир, 36,3 процента японских семей находилось в тяжелых жилищных условиях. Две трети из остро нуждавшихся в жилье составляли семьи рабочих и низкооплачиваемых служащих.

В двадцати крупнейших городах страны насчитывается около 200 районов трущоб. При обследовании двадцати четырех таких районов было установлено, что в 770 тысячах жилищ на каждого человека приходилось в среднем по два квадратных метра жилой площади, а 142 тысячи семей ютились в складах, чуланах и других нежилых помещениях; 90 процентов домов не имели водопровода и 70 процентов- канализации; 1 миллион 126 тысяч домов были настолько ветхими, что угрожали жизни людей. В то же время квартирная плата выросла за последние годы почти в полтора раза. Становится понятным, почему в Японии туберкулез считают национальным бедствием.

Во франкистской Испании почти шесть миллионов людей находят приют в трущобах. В горных местностях можно встретить целые колонии «пещерных людей». Даже в Мадриде многие рабочие семьи строят себе пещеры, в которых устраивают дощатые стены и вместо дверей вешают мешковины.

Не отличающаяся объективностью франкистская статистика все же вынуждена признать, что 1 миллион 200 тысяч семей не имеют жилья и что 42 процента всех жилищ отнесены к категории неполноценных, а 29 процентов - к категории вредных для здоровья.

Министерство строительства Греции заявило, что более 5,5 миллиона греков живут в среднем по семь человек в одной комнате. В сельскохозяйственных районах более 100 тысяч крестьянских семей не имеют крова и почти 110 тысяч семей живут в очень тяжелых жилищных условиях. По мнению Министерства строительства, для решения жилищной проблемы в стране при существующих темпах строительства потребуется 200 лет.

В Турции три миллиона семей совершенно не имеют квартир, каждый пятый дом буквально разваливается. Более половины населения Анкары живет в жалких лачугах.

Таковы некоторые факты, освещающие изнанку жизни в странах, подвластных капиталу.

Двадцатый век - век колоссального роста производительных сил и развития науки - не покончил с нищетой сотен миллионов людей, не принес изобилия материальных и духовных благ всем людям на земле. В этом повинен только капитализм. Это он принес трудовому народу «свободу» от работы, «свободу» от средств существования, «свободу» от крыши над головой.

Только с уничтожением капитализма общество получает возможность в исторически короткие сроки ликвидировать плоды классового неравенства и решить жилищную проблему в целом.

«И пока существует капиталистический способ производства,- писал Энгельс, - до тех пор глупо пытаться решать в отдельности жилищный или какой-либо другой общественный вопрос, затрагивающий судьбу рабочего. Решение состоит только в уничтожении капиталистического способа производства, в присвоении всех жизненных средств и средств труда самим рабочим классом».



« В городах «желтого дьявола» Города- спруты »


снять квартиру в Ярославле на длительный срок без посредников.





 Cерии домов в Москве и области
Конструктивизм зданий
Озывы  на окна (форум)
Обогреватели отзывы
     


 галерея форума здания.ру - топ просмотров:  реализованные проекты коттеджей с бассейном фото

 

реализованные проекты коттеджей с бассейном фото